Дело ведёт юный детектив Киндаити 41 серия
- Тип: ТВ-сериал
- Эпизоды:41 из 148
- Статус: Завершён
- Жанр: детектив, приключения, сёнен, тайна
- Выпуск: 7 апреля 1997
- Сезон: Весна 1997
- Студия: Toei Animation
- Рейтинг MPAA:r
- Озвучка:Persona99, Субтитры
- Другие названия: Les Enquetes de Kindaichi, Young Kindaichi's Casebook, Kindaichi Case Files
Хадзимэ Киндаити, внук легендарного детектива, приезжает в тихий приморский городок Фурукамура, чтобы навестить свою школьную подругу Миюки Нанасэ. Вместо спокойного отдыха он оказывается втянут в череду жестоких убийств, которые начинаются прямо во время местного фестиваля. Первая жертва — молодая женщина, найденная с перерезанным горлом в заброшенном храме. Полиция списывает всё на маньяка, но Киндаити замечает странную закономерность: все убийства повторяют сцены из старых городских легенд. Он начинает собственное расследование, используя дедуктивный метод, унаследованный от деда, и сталкивается с недоверием местных жителей, которые предпочитают молчать о тёмных тайнах прошлого. Каждый новый труп приближает его к разгадке, но и ставит под угрозу жизнь Миюки, которая случайно оказывается свидетельницей одного из преступлений.
Киндаити выясняет, что убийца — не одиночка, а часть тайного общества, состоящего из потомков семей, пострадавших от давней трагедии. Тридцать лет назад в городе произошёл пожар в приюте, унёсший жизни двадцати детей, и виновные так и не были наказаны. Теперь кто-то методично уничтожает всех причастных к той истории, включая бывшего мэра, врача и даже простого сторожа. Юный детектив понимает, что убийства не прекратятся, пока не будет найдён главный заказчик. В финальной сцене, когда Киндаити загоняет преступника в ловушку на том самом пепелище приюта, выясняется шокирующая правда: организатор — тихий библиотекарь, потерявший в пожаре младшую сестру. Он не просто мстит, а пытается восстановить справедливость, которую не смогли обеспечить законы. Киндаити удаётся остановить его, но он понимает, что в этом деле нет чистых победителей, а граница между правосудием и местью оказалась слишком тонкой.