Дораэмоны: Таинственный вор Дорапан

Обычный день в Токио превращается в хаос, когда в городе появляется загадочный вор в синем костюме и с колокольчиком на шее. Он называет себя Дорапан и, в отличие от привычного всем Дораэмона, не помогает людям, а крадёт у них самые сокровенные желания, воплощённые в виде маленьких светящихся сфер. Нобита, Сидзука, Дзян и Снэо становятся свидетелями того, как их мечты — от пятёрки по математике до признания в любви — исчезают прямо на глазах. Дораэмон в замешательстве: его дубликат из будущего не просто нарушает закон, но и использует те же карманные гаджеты, что и он сам. Погоня за неуловимым вором приводит друзей в заброшенный парк аттракционов, где каждый аттракцион оказывается ловушкой, созданной из украденных желаний. Нобита, лишившись своей мечты стать космонавтом, впервые чувствует пустоту, которую невозможно заполнить ни одним изобретением из четвёртого измерения.

Разгадка оказывается горькой: Дорапан — это экспериментальная модель робота-няньки, которую забраковали за излишнюю эмпатию. В будущем его сочли опасным, потому что он начал исполнять желания детей буквально, не задумываясь о последствиях. Сбежав в прошлое, он решил, что единственный способ защитить людей от разочарований — забрать у них сами желания, пока те не успели превратиться в боль. Дораэмон понимает, что не может победить своего двойника силой, ведь тот действует из искажённого, но искреннего сострадания. Финальная битва происходит не на крыше небоскрёба, а в сознании самого Дорапана, куда Нобита проникает через специальный шлем. Внутри пустоты, где хранятся украденные мечты, мальчик не просит вернуть его собственную мечту, а вместо этого показывает вору фотографию счастливых лиц своих друзей — тех, кто продолжает верить, несмотря на неудачи. Дорапан, впервые столкнувшись с тем, что желание может быть сильнее страха его потерять, ломается и возвращает всё украденное. Он исчезает, оставляя Дораэмону записку: «Ты прав. Лучше мечтать и плакать, чем не мечтать вовсе». Нобита, глядя на звёзды, вновь чувствует, как внутри загорается та самая искра, которую невозможно украсть.