Прости, я люблю тебя

Юкито всегда считал, что его жизнь — это черновик, который никто не удосужился переписать набело. Двадцать два года, работа курьером в дождливом Токио, съёмная комната с плесенью в углу и тихая, въевшаяся в кости привычка быть невидимкой. Единственное, что у него осталось от прошлого, — это потёртая фотография девушки с глазами цвета летнего неба. Он искал её семь лет, с тех пор как их разлучила трагедия, но нашёл лишь пустоту. Всё изменилось в тот миг, когда на переполненном переходе он столкнулся плечом с незнакомкой. Она уронила зонт, и, наклоняясь, Юкито увидел то самое лицо — те же глаза, тот же изгиб бровей. Но девушка смотрела сквозь него, а на её запястье блестел медицинский браслет с надписью: «Полная амнезия. Не напоминать о прошлом». Он не сказал ни слова. Он просто пошёл за ней, чтобы узнать, как её зовут теперь.

Каждый день Юкито превращался в тень. Он узнал, что её зовут Аой, что она работает в маленькой цветочной лавке и каждое утро покупает кофе с миндальным сиропом. Он стоял за углом, когда она улыбалась покупателям, и сжимал кулаки, когда видел, как её провожает до дома высокий парень в очках — её жених. Юкито не имел права вмешиваться. Врачи сказали, что любое резкое воспоминание может разрушить хрупкую психику Аой, стерев и те крохи личности, что удалось восстановить. Но однажды она сама заметила его. Не узнала, а просто спросила, не хочет ли он купить хризантемы. Он купил все до единой. Так начались их странные отношения: он — немой покупатель, она — вежливая продавщица, которая постепенно начала задерживать на нём взгляд на секунду дольше положенного. Юкито знал, что играет с огнём. Знал, что каждый их разговор — это удар ножом по его собственному сердцу, ведь он вынужден врать, представляясь случайным прохожим. Но когда Аой впервые назвала его по имени, которое он ей выдумал, он понял, что готов сгореть дотла, лишь бы ещё раз увидеть, как она смеётся.

Финал наступил в день её свадьбы. Юкито стоял под проливным дождём у входа в часовню, сжимая в кармане ту самую старую фотографию. Он пришёл попрощаться. Но Аой, выбежавшая на крыльцо в белом платье, вдруг остановилась прямо перед ним. Дождь размывал её макияж, делая лицо беззащитным и чужим. «Почему ты плачешь?» — спросила она, и Юкито понял, что больше не может молчать. Он рассказал всё: про ту аварию, про то, как держал её за руку в машине скорой помощи, про обещание ждать, сколько потребуется. Аой слушала, и её глаза становились всё шире, но в них не было узнавания — только ужас. «Прости, — прошептал он, касаясь её мокрой щеки. — Я люблю тебя. Но я не имею права красть твоё счастье». Он развернулся и ушёл, оставив фотографию у её ног. Через месяц он получил письмо без обратного адреса. Внутри лежал тот самый снимок, разорванный пополам, и записка дрожащим почерком: «Я не помню нас. Но моё сердце помнит, как болеть. Не ищи меня больше. Прости, я люблю тебя».